Нейросеть изменить фото: где граница правки и нового кадра

Кратко. Нейросеть делает с фотографией две несовместимые вещи: правит то, что уже снято (шум, фон, разрешение, лишний предмет в кадре), либо рисует кадр заново по твоему лицу. Граница проходит по лицу и позе. Пока обработка их не трогает, снимок остаётся твоим. Как только черты перерисованы, у тебя на руках новый кадр.

Два разных действия, которые называют одним словом

Одна и та же кнопка в двух разных сервисах может делать противоположные вещи. Человек, который ищет, как нейросетью изменить фото, обычно хочет одного из двух. Либо у него есть снимок, который почти годится, и мешает конкретная деталь. Либо снимка нет вовсе, а нужен портрет, которого никто не снимал.

Первое решают инструменты обработки. Они берут исходные точки изображения и меняют часть из них: убирают зерно, растягивают разрешение, закрашивают участок под маской. Большая часть кадра остаётся нетронутой, поэтому это всё ещё тот вечер, та рубашка и тот ты.

Второе решает генерация. Тут от исходника не остаётся ни одной точки: модель рисует новое изображение, а твои селфи работают описанием внешности. Кадр выходит достоверный, но не снятый. Путаница между двумя режимами стоит денег и времени. Скажем, ты грузишь в генератор мутную фотографию со свадьбы друга десятилетней давности и ждёшь, что оттуда вытащат резкость. Приходит резкий, аккуратный мужчина, похожий на тебя, как двоюродный брат.

Что вытягивает нейросеть для обработки фото

Технические дефекты чинятся хорошо, смысловые почти никак. По задачам это выглядит так:

Читается таблица так: нейросеть возвращает то, что в кадре было, но видно плохо. Того, чего в кадре не было, она придумывает, и придумывает усреднённо.

Логика простая. Тёмный шумный снимок хранит информацию о твоём лице, она просто перемешана со случайными точками, и алгоритм разбирает эту смесь обратно. В смазанном снимке сведений о чертах нет вовсе: движение размазало их в полосу, откуда достать нечего. Внешне обе задачи выглядят одинаково («сделай резче»), поэтому один кадр вытаскивается целиком, а второй приходит с чужим носом, и это не каприз сервиса.

Где проходит граница между правкой и новым кадром

Простое правило: смотри, заходит ли инструмент на овал лица.

Всё, что происходит снаружи (фон, одежда, свет, шум, размер файла), остаётся обработкой. Человек на снимке тот же, поза та же, выражение то же. Такой кадр честно называть обработанным, и его спокойно ставят в резюме или анкету.

Когда модель начинает переписывать точки внутри лица, включается другая механика. Твоего лица она не помнит, она знает, как выглядят лица вообще, и подтягивает твоё к среднему: нос ровнее, симметрия выше, кожа глаже, возраст меньше. Подробно этот снос разобран в тексте про то, почему нейросеть меняет черты лица. Маленький участок у края лица под маской обычно проходит незаметно, а маска на пол-лица даёт эффект восковой фигуры.

Отсюда практический порог. Одна правка вне лица это обработка. Две правки, из которых хотя бы одна на лице, это уже наполовину новый кадр, и честнее нарисовать его целиком, чем латать старый.

Проверить порог легко на своём снимке. Открой обработанный кадр рядом с исходником и закрой ладонью всё, кроме лица. Если два лица совпадают по родинкам, морщинам у глаз и линии губ, инструмент остался в границах правки. Если левое и правое лицо отличаются так, будто человек выспался, съездил в отпуск и сбросил пять лет, обработка уже перешла в рисование.

Куда годится обработанный кадр, а куда нужен новый

Один и тот же обработанный кадр может спокойно пройти в резюме и подвести на первом свидании. Рабочий портрет для сайта компании и резюме спокойно переживает любую техническую чистку: там смотрят на лицо, фон и отсутствие лишних деталей в кадре. В анкете знакомств запас меньше, потому что снимок сверяют с живым человеком на встрече. Представь: она ищет глазами у входа в кафе парня с чёткой челюстью с аватарки, а подходишь ты, настоящий. Подтянутая челюсть в итоге работает против тебя.

Документы не допускают ничего. На паспорт, визу и пропуск идёт настоящий снимок без генеративной обработки: по фотографии там сверяют, что перед ними именно ты, а не похожий на тебя человек. Сюда же относятся медицинские справки и любые документы, где фотография подтверждает личность.

Остаётся третья категория, про которую спрашивают чаще всего: аватарка в мессенджере, обложка канала, портрет для визитки. Там правила диктует только твой вкус, и там же обработка выигрывает больше всего, потому что кадр смотрят три секунды с экрана телефона.

Нейросеть для редактирования фото: что ломается первым

Мелочи, по которым тебя узнают, слетают раньше всего. При любой генеративной правке в зоне риска оказываются:

1. Родинки, шрамы, асимметрия бровей. Модель считает их браком съёмки и убирает.
2. Зубы. Ряд выходит ровнее и белее настоящего, и друзья замечают это быстрее всего.
3. Пальцы и кисти рук возле лица. Лишняя фаланга появляется именно там, где рука перекрывает подбородок.
4. Оправа очков: дужка теряется в волосах, стёкла получают разную толщину.
5. Надписи и логотипы на одежде превращаются в узор из несуществующих букв.
6. Рисунок ткани на плече, если рядом проходила граница маски.

Первые три пункта видит любой знакомый, последние три ловит только внимательный зритель. Полный перечень признаков собран в справочнике артефактов, он же работает как чек-лист приёмки чужой работы.

Когда правка дешевле, а когда дешевле новый кадр

Правка затягивает, как ремонт в ванной: начал с одной плитки. Считать стоит не в деньгах, а в попытках. Одна деталь правится за минуту, но каждая следующая правка тянет за собой соседнюю: убрал провод, стал виден стык обоев, выровнял стык, поехала перспектива.

Правь существующий кадр, если поза и выражение в нём те, какие нужны, а мешает ровно одно: фон, посторонний предмет, темнота или размер файла. Такой снимок вытаскивается за один заход.

Бери новый кадр, если не устраивает ракурс, взгляд, поворот головы или свет, легший на лицо жёсткой тенью. Ни один инструмент не повернёт голову и не сменит направление источника света: в кадре нет данных о том, как выглядит твоя скула с другой стороны. Когда правок набирается три и все они смысловые, вечер уходит впустую. Про маски и их пределы есть отдельный разбор: когда нужен инпейнтинг, а когда проще взять следующий снимок.

Отдельный случай это старые снимки. Фотография с плёнки или с телефона две тысячи двенадцатого года прекрасно чистится и увеличивается, потому что задача техническая. Механика увеличения описана в тексте про апскейл фото, там же объяснено, почему подтяжку лица держат вполсилы.

Как это устроено у нас

Мы твои снимки не правим. Внутри кабинета нет ни маски, ни кисти, ни редактора: селфи нужны системе, чтобы запомнить внешность, а кадр рисуется новый.

Быстрый режим: три селфи, выбор сцен из каталога (там более 600 сцен), пакет от 490 ₽ за 10 кадров. Первые снимки приходят через пару минут после оплаты, весь пакет собирается за 10-20 минут. Профи-фотосессия за 3 490 ₽ работает иначе: на вход идут 15-20 фотографий, по ним обучается личная модель, на выходе 60 кадров в 5 стилях, и сходство заметно выше. Времени уходит около двадцати минут.

Кадры приходят вертикальными, 3:4. Квадрат под аватарку вырезаешь сам, автоматических кропов под площадки нет. Кадры из каталога приходят сразу в 2K, а в «Профи» часть кадров своей модели увеличивается бесплатно. Если хочешь сначала посмотреть, из чего выбирать, открой каталог сцен.

Что сделать со своим снимком за пять минут

Открой кадр на большом экране, а не на телефоне, и ответь на четыре вопроса. Резкое ли лицо при увеличении до ста процентов. Открыты ли глаза и смотрят ли они туда, куда надо. Устраивает ли поворот головы. Нет ли на лице жёсткой тени от вспышки или от солнца в зените.

Четыре «да» значат, что кадр вытаскивается обработкой, и уйдёт на это один вечер. Хотя бы одно «нет» переводит снимок в разряд заменяемых: либо переснимай у окна в облачный день, либо генерируй новый. Собирать портрет из кадра со смазанным лицом дороже по времени, чем сделать двадцать свежих селфи на подоконнике.

Частые вопросы